Эстония. Эстонский фермер в роли акулы капитализма

     Если взять среднестатистического жителя Эстонии и провести ассоциативный тест вроде того, что применяется психологами для выявления подсознательных связей, то можно не сомневаться, что понятие "сельское хозяйство" вызовет ассоциацию со словом "кризис", слово "село" – с "безработицей", "фермер" – с "бедняком" или "алкоголиком".
      
      После обрушивавшихся на него в течение последней дюжины лет ударов аграрный сектор закономерно оказался в загоне, заняв в нашем бытовом мировоззрении место среди списанного за непригодностью.
      
      А ситуация тем временем быстро меняется. Если еще в 2000 году идеолог "Народного союза" профессор Янно Рейльян хулил антинародный режим за развал сельского хозяйства и вскрывал хищническую суть стоящего за этим конкурента - Евросоюза (как и положено политику, представляющему экономически кризисный электорат), то сегодня на сайте возглавляемого "народниками" Министерства сельского хозяйства живого места нет – он ломится от материалов про европомощь: зачетные книжки, декларации, бланки заявлений, графики выездных сессий-презентаций и т.п.
      
      Это неудивительно. Нигде разница между статусом восточноевропейской страны и члена ЕС не проявляется столь ярко, как в сельском хозяйстве. В Восточной Европе крестьянство - символ бедности и отсталости, в Евросоюзе фермеры – привилегированная группа населения, занятая в прибыльном секторе. Сегодня нашему селу предстоит совершить переход из одной категории в другую. Потому и оживились международные инвестиционные фонды, в ожидании будущих прибылей начавшие скупать пока еще дешевые эстонские хозяйства.
      
      Пройдет год-другой, и изменятся укоренившиеся в сознании ассоциации. Слово "село" станет означать "достаток", "фермер" – "бизнесмен". Уже сегодня полученный в 2001 году квотный доступ на еврорынок вызвал заметные перемены к лучшему: согласно последнему молочному барометру "Маалехт", закупочные цены на молоко в большинстве уездов составляют 4 кроны – неплохой подъем с 1,5 кроны в 1999 году. И это благодаря выдаче только небольшого аванса членства в ЕС.
      
      В этом году Департамент сельскохозяйственных регистров и информации в составе 500 чиновников распределит в сельском хозяйстве и пищевой промышленности 2 млрд 300 млн крон. По сравнению с прошлым годом – рост в 3,8 раза. Приличная сумма.
      
      Средства, направляемые на помощь селу, больше бюджета министерств обороны, культуры, окружающей среды, юстиции, иностранных дел.
      
      Из указанной суммы непосредственно на руки крестьянам выдадут 872 миллиона. И так немалые деньги – на одного фермера в среднем это может составить десятки тысяч крон, - а в дальнейшем выплаты будут еще увеличиваться, так как пока это лишь 40% того, что получает фермер в "Старой Европе".
      
      Какими бы серьезными ни казались прямые дотации, еще большее влияние на сельское хозяйство может оказать начинающаяся с 1 мая "рыночная поддержка" – компенсации вызванного перепроизводством падения цен на сельскохозяйственные продукты.
      
      Случающиеся в зависимости от урожайности изменения конъюнктуры мирового рынка и колебания цен изматывают жаждущего стабильности фермера.
      
      Поэтому-то в матушке-Европе и появляются излишки сельскохозяйственного перепроизводства (а получающий финансовую поддержку фермер способен достичь огромных урожаев) выкупаются государством с целью стабилизации цен на приемлемом для производителя уровне. А затем эти излишки продаются на мировом рынке по цене "сколько дадут".
      
      Понятно, что конкурентов с внешнего рынка такая практика не радует. Один нигерийский обозреватель так описывает ситуацию: "Для бедных стран "мирового рынка" сельхозпродукции просто не существует. Что существует, так это международная торговля зерном, злаковыми и мясом, выброшенным на рынок главным образом США и ЕС".
      
      При всем позитивном, поддержка отечественного производителя сомнительна с точки зрения морали. Ведь когда в 90-х годах наши экономисты-аграрии обвиняли Европейский Союз в подрывной деятельности, они были недалеки от истины. ООН и Всемирный Банк соглашаются, что меры защиты своего сельского хозяйства развитыми странами наносят вред крестьянам развивающихся стран.
      
      Сегодня в мировом сельском хозяйстве нет серых тонов. Не существует умеренно-успешного, не зависящего от государственной помощи, но и не бедствующего крестьянина. Сельскохозяйственная карта двуцветна - пятна белого в океане черного. Теперь к белому островку добавится и Эстония.