Эксперты не видят оснований для интервенций на рынке зерна в 2026 году

Конъюнктура диктует необходимость новых подходов к работе фонда для большей эффективности, считают они

Последний раз зерно из федерального интервенционного фонда продавалось почти год назад. Сейчас в нем находится около 3,7 млн т зерна, но оснований для новых закупок или активного использования его запасов в 2026 г. опрошенные «Ведомостями» эксперты и представители отраслевых ассоциаций не видят. Фонд, действующий с 2001 г., по-прежнему рассматривается как резервный инструмент на случай кризисных ситуаций, но его механизм нуждается в корректировке для более гибкого применения, считают эксперты.

В рамках закупочных интервенций государство выкупает зерно у аграриев в периоды перепроизводства, поддерживая цены, а в ходе товарных интервенций продает запасы для сдерживания роста цен на продукцию. В 2022 г. Минсельхоз поручил сформировать в фонде к 2024 г. неснижаемый запас зерна в объеме 3 млн т.

На 17 июня там находилось около 3,7 млн т зерна, в том числе 3,6 млн т пшеницы, сообщили в пресс-службе Минсельхоза. Объема в 3,7 млн т достаточно для обеспечения потребностей мукомольной и хлебопекарной отраслей, считают в Российском союзе мукомольных и крупяных предприятий.
Интервенции проходят на Национальной товарной бирже (НТБ), оператором выступает АО «Объединенная зерновая компания» (ОЗК). Закупочные торги в последний раз проводились в первой половине 2024 г., товарные торги, т. е. по продаже зерна из фонда, – с августа 2024 г. по июнь 2025 г. Основной объем пришелся на пшеницу 3-го и 4-го классов. По данным НТБ, поставщиками выступили 206 компаний, покупателями – 33 предприятия. С января 2024 г. по июнь 2025 г. в фонд было закуплено 815 500 т зерна, продано – 373 000 т.

Возможность возобновления закупочных или товарных интервенций в 2026 г. будет зависеть от ценовой ситуации и складывающихся экономических условий, сообщили в Минсельхозе. При ожидаемом высоком урожае, снижении внутренних цен и больших переходящих запасах ни пополнять фонд, ни агрессивно распродавать его оснований сейчас нет, говорит гендиректор Agro and Food Communications Илья Березнюк.
Александра Зотова / Ведомости

Генеральный директор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько делает схожие прогнозы: «Вряд ли будут закупки [зерна в фонд], вряд ли будут и продажи». Аналитики ИКАРа ожидают, что в новом сезоне будет собрано около 142 млн т зерна, в том числе 91,5 млн т пшеницы (здесь и далее – без учета новых регионов). Экспортный потенциал сезона 2026/27 они оценивают в 69,2 млн т по всему зерну и 47,5 млн т по пшенице. Оценки по урожаю генерального директора компании «Прозерно» Владимира Петриченко чуть ниже: 137,4 млн т зерна, включая 89,3 млн т пшеницы.

По его мнению, урожай зерна ненамного меньше прошлогоднего и сохраняющиеся геополитические риски не дадут ценам на него упасть до уровня закупочных интервенций. Еще два фактора, которые закрывают вопрос о проведении закупок зерна в фонд, – непростая ситуация с бюджетом и ослабление рубля, добавляет эксперт.

Интервенции теоретически возможны, но в отдельных регионах, считает зампредседателя совета ассоциации «Народный фермер» Бабкен Испирян. Например, если в субъект по какой-то причине не доехало зерно или когда предприятию выгоднее продать его в фонд, чем везти в другое место, пояснил он. 
Почему риск мирового продовольственного кризиса снова усилился
Экономика / Мировая экономика

Минсельхоз уже утвердил ценовые ориентиры для интервенций на предстоящий сезон. Однако рыночные цены на 30–60% выше интервенционных, поэтому фермеру выгоднее продать зерно на свободном рынке, чем сдавать в госфонд, констатирует Испирян на основании анализа рыночных цен на зерно на юге и в центре России, который провела ассоциация. Расходы на его содержание он считает умеренными: согласно приказу Минсельхоза, предельная стоимость хранения зерна в фонде на 2025–2027 гг. установлена в размере 134 руб./т в месяц.

По мнению воронежского фермера Никиты Токмакова, действующий механизм в большей степени доступен средним и крупным компаниям, тогда как небольшим хозяйствам мешают сложности с логистикой и аккредитацией. Он считает, что рынку необходимы дополнительные инструменты поддержки, в том числе развитие спотовой биржевой торговли зерном с понятным доступом для аграриев через институт брокеров и ускорением расчетов за поставки. Однако успешность этих инициатив будет зависеть от результатов внедрения с 1 сентября механизма электронной транспортной накладной.

Партнер консалтинговой компании Neo Альбина Корягина считает, что интервенционный фонд должен перестать быть «пылесосом для излишков» и стать рыночным инструментом, синхронизированным с экспортной политикой. В частности, она предлагает уйти от физического накопления зерна: государство может не забирать его на элеватор, а оставлять у агрария до момента, пока цена не вырастет, оформляя для этого залоговые складские свидетельства. Корягина также считает полезным учитывать при формировании цен региональную специфику и логистические расходы, так как единая цена закупки снижает эффективность механизма для удаленных регионов. Помимо этого в фонд можно было бы направлять средства, полученные от экспортной пошлины, чтобы выкупать на них зерно по фиксированной цене для гуманитарных миссий.

ОЗК, как государственный агент интервенционного фонда, не видит необходимости в кардинальном изменении механизма, сообщили в компании. Тем не менее его нужно постоянно адаптировать к меняющимся реалиям и современным информационным технологиям. 

В Минсельхозе тоже считают, что вносить изменения в механизм государственных интервенций сейчас не надо. Действующая система позволяет эффективно использовать фонд для стабилизации рынка и обеспечения продбезопасности, пояснил представитель пресс-службы министерства. В качестве примеров успешной работы фонда Березнюк привел засуху 2010 г., когда продажи зерна остановили рост цен, и пандемию 2020 г., когда товарные интервенции поддержали мукомолов.